Ознакомьтесь с нашей политикой обработки персональных данных
15:49 

s@nja
8 смешная (забавная) книга Джером К. Джером: "Как мы писали роман"

По крайней мере, я думала, что будет смешно — это же Джером, в конце-то концов! И это прекрасная книга, и замечательных смешных моментов там очень много, но вот и выть от грусти тоже хочется, очень меланхоличное на самом деле произведение. А когда повоешь, то растаскивать на цитаты. Там обо всем: о советах, о морали, об искусстве, о журналистах, о погоде, о котиках, о собаках, о литературных критиках (особенно о критиках!).

О нравственности:
"Жена его оказалась высоконравственной женщиной, хотя нравственность ее была, как это часто бывает, негативного свойства: она больше ненавидела зло, чем любила добро".

О противоречиях (и о критиках):
"Люди бывают благоразумны и поступают так, как можно от них ожидать, только в романах. Я знал, например, старого морского капитана, который по вечерам читал в постели "Журнал для молодых девушек" и даже плакал над ним. Я знал бухгалтера, который носил с собой в кармане томик стихов Браунинга и зачитывался ими, когда ехал на работу. Я знал одного врача, жившего на Харли-стрит. В сорок восемь лет он внезапно воспылал непреодолимой страстью к американским горкам и все свободное от посещения больных время проводил около этих аттракционов, совершая одну трехпенсовую поездку за другой. Я знал литературного критика, который угощал детей апельсинами (притом, заметьте, не отравленными). В каждом человеке таится не одна какая-нибудь личность, а целая дюжина."

И снова о критиках :)
"У моего друга была страсть, свойственная многим молодым людям: он обожал, чтобы его критиковали, и у нас стало обычаем оказывать друг другу это внимание. В то время мы не знали, что, прося о "критике", имели в виду одобрение. Мы думали, что сильны - это обычно бывает в начале боя - и в состоянии выслушивать правду. Согласно установившемуся обычаю, каждый из нас указывал другому на его ошибки, и мы были так заняты этим, что нам не хватало времени сказать друг другу слово похвалы.
Я убежден, что каждый из нас держался самого высокого мнения о таланте своего друга, но наши головы были начинены глупыми поговорками. Мы
говорили себе: "Хвалить будут многие, но только друг скажет вам правду". Мы говорили также: "Никто не видит собственных недостатков, но если кто-либо другой указывает на них, нужно быть благодарным и стараться избавиться от них".
Когда мы лучше познакомились с миром, мы поняли обманчивость подобных представлений. Но было слишком поздно, так как зло уже свершилось.
Написав что-либо, каждый из нас читал свое произведение другому и, окончив чтение, говорил: "Теперь скажи мне, что ты думаешь об этом, - откровенно, как друг".
Таковы были слова. Но в мыслях у каждого, хотя он мог и не знать этого, было: "Скажи мне, что это умно и хорошо, друг мой, даже если ты не думаешь так. Мир очень жесток к тем, кто еще не завоевал его, и хотя мы и напускаем на себя беззаботный вид, наши юные сердца кровоточат. Часто мы устаем и становимся малодушными, Разве это не так, друг мой? Никто не верит в нас, и в часы отчаянья мы сами сомневаемся в себе. Ты кой товарищ. Ты знаешь, как много собственных чувств и мыслей я вложил в это произведение, которое другие лениво перелистают за полчаса. Скажи мне, что оно удалось, друг мой! Одобри меня хоть немного, прошу тебя!" Но другой, полный критического азарта, который у цивилизованных людей подменяет жестокость, отвечает скорее откровенно, нежели по-дружески".

О котиках:
" Сегодня утром я наблюдал за вашей полосатой кошкой. Она ползла вдоль крыши каюты, позади ящиков с цветами, подкрадываясь к молодому дрозду, сидевшему на бунте каната. Жажда крови сверкала в ее глазах, убийство таилось в каждой судорожно напряженной мышце ее тела. Судьба - в виде исключения покровительствуя слабому - внезапно направила ее внимание на меня, и тут она впервые обнаружила мое присутствие. На нее это подействовало, как небесное видение на библейского преступника. В мгновение ока она превратилась в совершенно другое существо. Хищный зверь, ищущий, кого бы сожрать, вдруг исчез. На его месте сидел длиннохвостый, покрытый шерстью ангел, глядевший в небо с выражением, в котором была одна треть невинности и две трети восхищения красотами природы. Ах, мне угодно знать, что она делает здесь? Так неужели я не вижу, что она играет комочками земли? Разумеется, я не так испорчен, чтобы вообразить, будто она хотела убить эту прелестную маленькую птичку, - да благословит ее господь!"

@темы: книги 2016, книги

URL
Комментарии
2016-07-06 в 23:54 

CunningRussechka
"Имперская служба может выиграть войну и без кофе, но предпочитает не попадать в такие ситуации." (Буджолд)
И снова о критиках - Да! Это так... и мне так стыдно! За множество дружеских отзывов...

2016-07-07 в 08:59 

s@nja
CunningRussechka, ага, у меня та же фигня.

URL
   

Городские зарисовки

главная